Освоение Севера: что влекло Новгородцев и Ростовцев на Русский север?

В первую очередь главной ценностью для русских была пушнина. Можно представить себе масштабы пушного промысла в Заволочье XI-XIII веков по археологическим находкам в Великом Новгороде. Так, на найденных трех деревянных ящиках-цилиндрах, использовавшихся для опечатывания мешков, в которых складывалась пушнина, были вырезаны названия «Пинега», «Усть-Вага» и «Тихменьга» - имена известных северных рек. В берестяной грамоте N 724 содержится донесение какого-то Саввы, который рассказывает о конфликте при сборе дани на севере, и упоминаются песцы, меха которых должны были поступить в Новгород. 

Помимо мехов, Заволочье привлекало русских обилием соли. В Уставной Грамоте 1137 года упоминаются «чрены» - железные чаны для выварки морской соли. С каждого такого «чрена» новгородскому архиепископу выплачивалась мера соли. Выпаренная из морской воды соль называлась «морянкой». Но на севере было много соляных источников, которых называли ключами. Северная соль высоко ценилась на Руси, и несколько веков была одним из основных хозяйственных занятий русских поселенцев. На солеварении поднялись и процветали северные города - Тотьма, Сольвычегодск, Ненокса. 

Соловецкий монастырь (сама слово «Соловки» имеет корень «соль» в своем названии) имел около 50 варниц, на которых работало до 800 постоянных и около 300 временных наемных работников. В XVII веке Соловецкий монастырь был главным поставщиком соли на внутренний российский рынок, продавая до 180 тыс пудов соли в год. Солевары Двинской земли и Вологодского края давали до 800-1000 пудов соли в год и более двухсот лет снабжали этим продуктом многие районы Московского государства. 

Еще одним северным промыслом, имевшим общерусское значение, было смолокурение. Смола употреблялась для смазки обуви, колес, дверей, в судостроении, кожевенном ремесле. Уже во второй половине XIV века смолу гнали на продажу во владениях новгородских бояр на реке Ваге. Смолу высокого качества гнали несколько позднее также в Холмогорах, Вельске, на Пинеге. 

С выходом русских на берег Студеного моря началась масштабная добыча моржовой кости. Древнейшие из найденных в Новгороде изделий из моржового клыка найдены в слоях X - начала XI веков, что позволяет датировать время первого появления русских на берегах Северного Ледового океана. Помимо кости, морские животные ценились за свой жир. Добывались на Севере и ценные породы рыб. 

Несколько позднее, в основном с XV века, на севере стал развиваться слюдяной промысел. Слюда использовалась для окон и фонарей. Русская слюда считалась лучшей в мире и была одной из крупных статей российского экспорта в допетровскую эпоху. В Западной Европе она называлась «мусковит». 

На Севере также добывали жемчуг. В устьях небольших северных рек встречались жемчужные раковины. Много веков здесь шла промышленная добыча жемчуга, который стал самым распространенным на Руси ювелирным украшением. Начиная с глубокой древности, им расшивали одежду богатых и знатных русских людей, церковные облачения и предметы культа; крупным жемчугом украшали предметы светского и церковного обихода; из мелкого жемчуга делали ожерелья, венцы, им украшали пуговицы, булавки, кольца. На севере, где жемчуг был дешев и доступен, жемчужные украшения стали составной частью народного костюма. Мелкий жемчуг из рек русского Севера продавали на вес; речной жемчуг «немалы и хороши, и чисты» продавали поштучно. Известный гидролог первой половины XIX века Штукенберг писал: «Нет в Европе страны, которая была бы столь богата, как Россия, реками и ручьями, в которых водятся жемчужные раковины». Жемчужные реки находились в Новгородской, Архангельской, Вологодской губерниях, в районах Онежского, Ладожского и Ильменьского озер, на Белом море и у прибрежий Северного Ледовитого океана. 

В Кандалакшском заливе Белого моря добывали аметист.

В 1491 году для поиска серебряной и медной руды из Вологды на Печору отправилась экспедиция, возглавляемая государевыми людьми Андреем Петровым и Василием Болтиным. Экспедиция нашла серебряную и медную руды на притоке Печоры - Цильме. 1491 год принято считать началом горно-металлургической промышленности в России. К сожалению, цилемское месторождение оказалось бедным, и вскоре было заброшено. 

Развивалось на севере кузнечное дело. Северные мастера отливали колокола, а затем и пушки. В Соловецком и Кирилло-Белозерском монастырях в XVI-XVII было налажено производство пушек. В 1679 году холмогорские оружейники получили заказ из Москвы на изготовление 2000 оружейных замков. 

Бочками в Москву для освещения улиц столицы в середине XVI века доставлялась «Земляная кровь», то есть ухтинская нефть. 

Разумеется, русские, как исконные землепашцы, и на севере занимались земледелием. Русский Север и поныне является регионом самого северного в мире земледелия. Вероятно, что уже самые первые переселенцы стали разводить огороды и заводить пашню. Вслед за ушкуйниками на Север стали продвигаться и крестьяне. Уже в начале XII века земли по реке Ваге, притоке Северной Двины, которые отличались плодородием, напоминая ополья центральной России, стали земледельческим регионом, снабжающим хлебом почти все Заволочье. В XV веке появилось не столько географическое, сколько экономическое понятие - Двинская земля. В нее включались земли по притокам Северной Двины, в первую очередь Ваге, а также земли по Пинеге, Мезени и далее на восток, до Печоры. 

Другой сельскохозяйственной территорией стало Заонежье - обширный край, включающий в себя западное побережье Белого моря и левые притоки реки Онеги. Заонежье заселяли не только новгородцы, но и выходцы из ростовских земель. Центром Заонежья был Каргополь. Возникший примерно в середине XII века, Каргополь впервые упоминается в летописях только в 1380 году, когда каргопольский князь Глеб принял участие в Куликовской битве. Кстати, хотя, вероятно, основали город новгородцы, Каргополь стал владением ростово-суздальских князей, и сами каргополы считаются на Севере «ростовщиной». 

Устремились на север также и новгородские, а также ростовские бояре, захватывая в краю обширные владения. 

До нашего дня дошел любопытный документ - купчая от 1315 года, по которой чудские старшины Азика, Харагинец, Ровда и Игнатец, за 20 тысяч белок и 10 рублей уступили обширную территорию по Ваге новгородскому боярину Афанасию Даниловичу. В начале XV века самой крупной владелицей заонежских земель была знаменитая Марфа Борецкая, более известная как Марфа Посадница. 

К концу независимости Новгородской республики на Двинских землях стояли более 50 поселков, основанных боярами. Следует заметить, что власти республики опасались возникновения в крае крупных земельных владений бояр, способных стать удельными князьками в этих отдаленных землях. Для получения земель в вотчину требовалось согласие новгородского веча или благословления митрополита[13]. Лишь только могущественные роды новгородского боярства, занимавшие важнейшие республиканские посты, могли создать на севере свои вотчины. 

Одновременно началась и монастырская колонизация. Первоначально на севере монастырских и церковных земель было мало. Но со второй половины XIV века, под влиянием деятельности Сергия Радонежского, начинается бурное развитие северных монастырей, занятых более колонизацией пустующих северных территорий, чем спасением душ своих насельников. 

В 1397 году преподобный Кирилл, ученик Сергия Радонежского, основал монастырь на Белом озере (Кирилло-Белозерский). Его ученики в дальнейшем также основали ряд новых монастырей. 

В целом в XIV столетии появились на свет такие монашеские обители, как Лявленский на Северной Двине, Кевроло-Воскресенский на Пинеге, Муромский на Кольском полуострове, Строкинская пустынь и Кирилло-Черногорский под Каргополем. 

Особенную роль не только в религиозном, но и в хозяйственном и культурном развитии Севера сыграл Соловецкий монастырь, основанный в 1429 году монахами Германом и Савватием. В 1436 году, после смерти Савватия на Соловки прибыл инок Зосима, уроженец села Толвуй, который позднее на протяжении 26 лет возглавлял обитель, превратив ее в один из духовных центров Руси. В дальнейшем монастырь стал одним из самых богатых в стране. Монастырь ежегодно выплачивал в царскую казну огромную сумму в 4 тысячи рублей (в эпоху, когда годовое жалование служилого человека составляло 5 рублей!). Соловецкие монахи создали на редкость эффективную систему хозяйствования в северных условиях. На Соловках выращивались даже арбузы, персики, мандарины, виноград! 

Значительную роль в истории двинских земель сыграл также Антониев-Сийский монастырь, основанный уроженцем села Кехта на Северной Двине Антонием примерно в 1520 году, на реке Сии, притоке Северной Двины, в Холмогорском районе Архангельской области. На Кольском полуострове в Печенге Трифон около 1533 года основал монастырь, ставший центром культуры за Полярным кругом. 

Об уровне монастырского хозяйствования свидетельствует такой скучный статистический показатель, как урожайность на монастырских землях в условиях северного климата на скудных почвах. Так, на расположенном севернее Великого Устюга Троице Гледенском монастыре, где 87 % почв классифицировались как «худые», а оставшиеся 13 % - как «средние», урожайность ржи составляла сам-5 и сам-6. Интересно, что на черноземном юге на государевой десятинной пашне урожай ржи был сам-2,5! Все это объяснялось тем, что монахи использовали самую передовую для того времени агротехнику. Имело также значение и то, что монастырские крестьяне были несравненно более свободными, чем подневольные труженики плодородного Черноземья. 

Соловецкие монахи сами были неутомимыми изобретателями. Некий старец Тарасий научил отделять в рассоле соль от воды. Соловецкий игумен Филипп использовал в хозяйстве особую сеялку, управляемую одним человеком. 

Северные монастыри не только были важнейшими религиозными, хозяйственными и культурными центрами. Не менее важно то обстоятельство, что монастыри стали оплотом московских князей, «собиравших» русские земли на севере. Практически все северные монастыри были стратегическими военными форпостами страны. Соловецкий монастырь, к примеру, имел столь мощные крепостные укрепления, что они не только выдержали 8-летнюю осаду в 1668-1676 гг, в период Раскола, но даже и в Крымскую войну, в 1855 году, британская корабельная артиллерия не смогла нанести серьезного ущерба крепостным стенам XVI века. 

В целом, Поморье в XVI-XVII становится одним из основных зерновых районов страны. Долина реки Сухоны превратилась в одного из главных поставщиков товарного хлеба. Это хозяйственное достижение стало возможным по причине свободного труда крестьян Севера, не знавших над собой помещика, а также высоким уровнем грамотности и образованности, по уровню которой Поморье опережало всю остальную Россию. 

Аналогичные успехи достигло Поморье в животноводстве. Длинные нежаркие дни летом и высокая влажность способствовали развитию кормовых трав для скота. В долинах Северной Двины, Мезени, Онеги, Печоры в XVI-XVII веках выращивался высокопродуктивный рогатый скот. К XVIII веку вес быков холмогорской породы доходил до 600 кг, а степной бык черкасской породы весил в среднем 400 кг. Также в Поморье была выведена мезенская порода лошадей. 

Отсутствие на Севере крепостного права, а также то обстоятельство, что досюда не добрались татары, привели к тому, что жизненный уровень местных жителей был самым высоким в древней Руси. Расчеты, произведенные группой антропологов под руководством Т. И. Алексеевой, показывают, что средняя продолжительность жизни на берегах Белого озера уже первых поселенцев в XI-XIII приближалась к максимальной для средневековой Руси, а у женщин (живших в среднем 43,5 года) даже превосходила ее. Таким образом, русские поселенцы на севере, несмотря на тяжелые природные условия, благодаря выгодным социальным условиям достигли высокого жизненного уровня. Так же русские поселенцы на севере имели и высокий культурный уровень.